Информационный сайт НРУ

Нижегородское речное училище имени И.П.Кулибина

Подразделение ФГБОУ ВО «Волжский государственный университет водного транспорта»

История старого учебника

Эта история с учебником не увидела бы свет, если бы не ремонт. Да, самый банальный ремонт, про который говорят, что он (ремонт) это состояние души. Если нет состояния, лучше не браться, ремонт будет обречен. Сразу же оговорюсь, что для меня ремонт вовсе не образ жизни, а катастрофа почти вселенского масштаба. Катастрофа - катастрофой, но иногда что-то в квартире сделать нужно. Так и в этот раз. Я облачился в чудом сохранившееся линялое, вытянувшееся трико, затрапезную майку и водрузил на голову газетную треуголку.

Я решил покрасить антресоли. Придвинув стремянку к вышеупомянутым шедеврам еще советского домостроительства, открыл их. Тут же резко закрыл, ибо на меня посыпалось все, что туда заталкивалось и забывалось. Меня ждал этап разбора барахла, который неминуемо накапливается на любом пространстве квартиры. Стеная и, чего греха таить, матерясь, я вытаскиваю на свет божий емкую коробку. Рискуя растянуть спину, спускаю ее вместе с собой по лестнице.

- Ну и тяга - подумал я, вытирая пол со лба, - чего это там навалено? Рассматривая коробку, увидел наспех написанные каракули: «Преп». Ясно, все просто как кусок хозяйственного мыла. Это мой архив, который я благополучно забыл, когда расстался с преподавательской и научной деятельностью.

Скажите мне, кто откажется заглянуть в собственное прошлое! Вот и я, забыв про предстоящий ремонт, с увлечением вытаскиваю лежащие сверху папки с газетными вырезками. Они разные, эти вырезки: о тебе и твои. Это все в прошлом. Откладываю в сторону. Затем идут журналы, в которых я размещал статьи. Тоже – к газетным вырезкам. Что там дальше? Методики, методички, твои и не твои, Учебные пособия с дарственными надписями коллег. Немые свидетели твоих амбиций, желания, что-то сделать в процессе преподавания. Но время с ними, как и с остальным наследием, сыграло в забвение. Выглянула коленкоровая папка. Диссертация. Очень хорошо. Пусть лежит дальше. В этой синенькой изящной папочке покоится монография на докторскую. Не дошла до финишной черты, не дошла. Ее - туда же к остальным «нетленным шедеврам». А это еще что? Вынимаю серую невзрачную папку - скоросшиватель советских времен. Металлический зажим даже ржавчиной подернулся. Наклеенный титульный лист пожелтел и выцвел. Читаю: Дипломная работа студента пятого курса…и т.д. Это же мой диплом: «Организация управления транспортного узла на базе Мурманского морского торгового порта». Это уже интересно посмотреть. По выработанной привычке преподавателя вуза ищу библиографию. Это, если можно так выразиться, зеркало дипломной работы.

Сейчас, когда миром овладел интернет, подбор литературы упростился до примитивизма. В мои семидесятые годы библиографию нужно было собрать в библиотеках, покопаться на производстве, где проходишь практику. Ознакомиться в отделах НОТ (научной организации труда) с новыми течениями. Уходило много времени на это хлопотное занятие.

Вот она, визитная карточка студента. Молодец, столько накопал. Все честь по чести: в первую очередь четким строем идут классики марксизма-ленинизма. Без них в советское время никуда. Затем - тоже классики, но уже немарксизма-неленинизма. Это весомый косяк теоретиков от науки. Они, в основном, советского разлива: академики, член-корреспонденты. Пошел раздел учебников. В списке преобладали: учебники по экономике и организация планирования морского и железнодорожного транспорта. То есть на чем стоит транспортный узел.

А это что?  Я даже присвистнул. «Экономика, организация и планирование работы флота»: (Учебник для речных училищ и техникумов) 328 cтраниц, иллюстраций 22, 2-е издание., переработанное . и дополненное. М. Транспорт 1978 год. И авторы Константин Степанович Ляхов, Николай Кузьмич Медведев. Вот она, встреча с прошлым. А время…даже страшно произнести: с 1968 по 1972 год. В эту бытность Медведев Николай Кузьмич был заместителем начальника училища по учебной части. Что я знал о нем? Ровным счетом ничего. Он преподавал экономику у судоводителей и к нашему отделению ВПС отношения не имел. Но слава о нем, как о человеке творческом, шла. Курсанты судоводительского отделения высоко отзывались о его семинарах. А еще, знали мы, он писал учебник. Мы были курсантами среднего специального учебного заведения и нам, в отличии от студентов высших учебных заведений, вкуса к науке не прививали. Нас готовили как профессионалов среднего звена и училище со своей задачей справлялось. Поэтому написание методик и, тем более учебников, воспринималось нами как нечто запредельное и мы с нескрываемым восхищением смотрели на творцов.

Ляхов К., Медведев Н. Экономика, организация и планирование работы флота Ляхов К., Медведев Н. Экономика, организация и планирование работы флота
Ляхов К., Медведев Н. Экономика, организация и планирование работы флота. м. Транспорт 1978г. 328 с. Картонный твердый переплет, Увеличенный формат.
В книге изложены общие вопросы экономики речного транспорта, важнейшие направления снижения себестоимости перевозок и методы повышения рентабельности работы флота, основы планирования перевозок, работы флота, портов и промышленных предприятий, применения экономико-математических методов и вычислительной техники в планировании и управлении производством.
Состояние: Почти отличное

Учебник Медведева Н.К., правда, в соавторстве с главным диспетчером ВОРПа Ляховым К.С. выйдет в 1973 году и будет отмечен медалью ВДНХ. Это я узнаю от своего коллеги, заканчивающего училище на год позже.

Будет несправедливо, если я умолчу о талантливом управленце. Я бы, выражаясь современным языком, назвал его менеджером. Именно таким был Ляхов К.С. Он разработал график движения флота, прибегнув к помощи теории вероятности и методу линейного программирования. По этой теме талантливый специалист защитил кандидатскую диссертацию, Ляхова же пригласили в Министерство речного флота. Впоследствии его наработки были взяты за основу при создании Вычислительного центра пароходств Центрального бассейна.

- Как же попал учебник для средних специальных учебных заведений в библиографию диплома выпускника МГУ имени Ломоносова,- задумался я. Вспомнил. Практику я проходил в ММТП, собирал материалы и параллельно писал диплом. Возник перекос в литературе: было много методик, расчетов, рекомендаций, а вот литературы для обозначения широты твоего кругозора явно не хватало. Кто-то посоветовал сходить в библиотеку МВИМУ имени Ленинского комсомола (Мурманское высшее инженерное морское училище) и посмотреть, что подойдет для тематики моего диплома. В библиотеке меня встретили приветливо и, узнав задачу, пропустили к стеллажам экономических дисциплин. Скоро я, окруженный кипами книг, составлял библиографию. Мне в руки и попал этот учебник, из которого я взял раздел: «общие вопросы экономики речного транспорта, важнейшие направления снижения себестоимости перевозок и методы повышения рентабельности работы флота, основы планирования перевозок, работы флота, портов и промышленных предприятий, применения экономико-математических методов и вычислительной техники в планировании и управлении производством».  Конечно, меня привлекла фраза «применения экономико-математических методов и вычислительной техники в планировании и управлении производством».

Ремонт был забыт, а я, перелистывая пожелтевшие страницы, «уплыл» в далекие времена курсантской юности.

Начальником училища в то время был Павлов Владимир Николаевич. Его наверняка помнят курсанты моего поколения. Высокий. Скажу больше: величественный, представительный с красивым зачесом пышных седых волос. Спокойный, никогда не повышающий голоса он был одинаково ровен как с командиром роты, так и с курсантом. Жестким был только с нарушителями дисциплины. Мог отчислить, и отчислял, даже с четвертого курса. Я помню, как столкнулся в дверях с судоводителем четвертого курса, которого за драку отчислили весной. Весной! Выпуск не за горами. Ничего не помогло. Парень плакал. Но уважение от этого к начальнику только росло.

Выпускал нас Никитин В.М. Простите, но я не запомнил этого человека. Помню, что он пришел из управления ВОРПа. Оно и понятно: четвертый курс, окончание, распределение. «Ты уедешь к северным оленям, в знойный Казахстан уеду я» - так распевали выпускники учебных заведений, выходя из дверей комиссии по распределению. «К северным оленям» я уеду через восемь лет, а пока взял свободное распределение и самостоятельно устроился в Кинешемский речной порт. Нонсенс, да! Выпускник отделения ВПС и эксплуатация речного транспорта. Я и сейчас вижу вытянувшиеся физиономии друзей-судоводителей, которых встречал как сменный начальник грузо пассажирского района и оформлял с ними грузовую документацию. Но это было недолго и осенью 1972 года до меня дотянулись вездесущие лапы военкомата. Вот здесь меня порт просто «прохлопал», ибо вышел совместный приказ Минобороны и речного транспорта о внедрении военных сборов сроком на сорок пять суток для выпускников речных училищ. Но о нем я узнаю…в Кронштадте.

Прости читатель, я увлекся расписыванием своей судьбы, но это нужно, чтобы вывести тебя на мою встречу в 1974 году…да, с Медведевым Н.К. В училище я ни разу с ним не пересекался. Действительно, какие могут быть пересечения у заместителя начальника училища, который преподавал экономику водного транспорта у судоводителей с курсантом отделения ВПС. Но жизнь меня сводила именно с ним, Медведевым Николаем Кузьмичем.

Первая встреча произошла в Московском речном техникуме. Что там делал Медведев, не знаю, а я шел в библиотеку выпросить учебник «Судовые дизеля» Гогина. В училище по нему мы изучали эксплуатацию судовых дизелей. Он мне был нужен для сдачи классности. Кто был на флоте, тот знает, что в те времена существовала классность специалистов. Третий - самый низший. Второй так- сяк – но за него уже платили три рубля. Молодежь не поймет, а старослуж…,тьфу ты, сел на конька…, а читатели почтенного возраста вспомнят, что три рубля это были деньги. После него открывались дали получения первого класса, и пять рублей доплаты.

Предвижу вопрос: а как я попал в МРТ? Отвечу: очень просто. Наша судовая единица «ПСК» - (посыльно - служебный катер, изготовленный на базе банального «Москвича») стоял в районе Нагатино на Московском судоремонтном заводе и я был при нем вроде военного представителя. То есть следил за ходом ремонта.

Тут мы и сошлись. У меня сидела обида на училище, что оно так бездарно «сдало» выпуск 1972 года. Когда я буду в Кронштадте, затем на крейсере «Киров», то встречу много парней, как со своей специальности, так и с других. Не мудрено, что я, увидев представителя администрации ГРУ имени Кулибина, поздоровался с ним. Он, конечно, меня знать не мог и несколько удивленно ответил на приветствие военного моряка. Я представился, что бывший курсант ГРУ выпуска 1972 года. Николай Кузьмич оживленно стал расспрашивать меня о моих делах. Вот тут-то меня и понесло: «вашими молитвами» - это было самое мягкое, что я наговорил. Выплеснул на него всю свою боль вынужденного время провождения в ВМФ.

Хорошее настроение Медведева как ветром сдуло, он насупился и довольно резко ответил мне, что нечего было свободные дипломы брать. Ехал бы углублять Беломоро-Балтийский канал, и не было бы проблем. Я тоже в карман за словом не полез, и… мы расстались каждый с отвратительным настроением. Сейчас с высоты прошедших лет хочется сказать, что простите, Николай Кузьмич, зарвавшегося нахала, но, поймите сами: каково служить три года вместо положенных сорока пяти суток.

Но дело сделано. Нахамил заместителю начальника училища и пошел в библиотеку. Книжку мне, конечно, дали, хотя и боялись, что не верну. Я вернул с коробкой конфет и стал другом библиотекарей. Больше того. Мне «Судовые дизеля» Гогина подарили. Списанную, правда, без верхних корочек. Я по ней сдавал на первый класс, а увольняясь в запас, оставил парням, пришедшим мне на смену. Казалось бы и сказке конец. Нет, уважаемые читатели. Жизнь мне приподнесла еще один сюрприз.

Время шло. На службе всего хватало: хорошего и плохого, но все заканчивается. И я был не исключением. Для меня раздался марш «Прощание славянки», когда я шел по пирсу от стоянки катеров в сторону выхода. Бушлат и бескозырка заняли почетное место в шкафу. Я с новыми друзьями обмываю студенческий билет студента МГУ имени Ломоносова. Началась другая жизнь, студенческая.

Проходя по первому этажу здания экономического факультета мимо актового зала, я прочитал на двери обьявление, что в этом зале состоится заседание начальников речных училищ и коллегии министерства речного флота РСФСР. Это что! Встреча с прошлым! Каким боком во флагмане науки, МГУ имени Ломоносова, состоится заседание минречфлота. У них что, своего зала нет! Изумление сменилось любопытством, и я приоткрыл дверь. В зале было пусто. Только сидела дамочка и перебирала бумажки на столе. Дамочка посмотрела на меня и поинтересовалась, что мне нужно. Узнав причину моего вторжения, она доходчиво обьяснила, что совещание начальников речных училищ проходит здесь по причине ремонта актового зала в министерстве. На мой вопрос: кто присутствует от ГРУ имени Кулибина, дамочка, полистав свои листочки, обьявила: начальник училища - Медведев Николай Кузьмич. На мой второй вопрос, где я могу его встретить, она кокетливо махнула ручкой в сторону выхода, сказав, что слушатели ушли обедать. И если я хочу его увидеть, то мне нужно поспешить в профессорский зал. Назад они не вернутся, ибо уезжают куда-то на производство. На какое-то время я застыл. «Оно мне надо? » - подумал я. У меня сейчас совершенно другая жизнь и что мне даст встреча, пусть даже с начальником училища. Тем более, что мы расстались очень невесело. «Да и он захочет ли с тобой общаться?» - зародилось сомнение. Но что-то толкнуло меня и я, поблагодарив даму, помчался по направлению к столовой. Догнал мужчину в флотском форменном пальто. Поравнявшись с ним, скосил глаза и…, не поверите. Я узнал …начальника организационно-строевого отдела Ленинградского речного училища, который мне собственноручно сломал козырек курсантской фуражки, обрезанный по моде «А ля нахимовский шик».

Ох уж эти курсантские моды. Не жилось спокойно. Мы постоянно что-то портили из одежды. Знали, что попадет, но. То обрезали шинели до неприличия, то, наоборот, просили на складе шинель подлиннее, чтобы выглядеть вроде формы «гвоздь». Эту моду диктовали уволенные в запас из ВМФ. Я ее застал на службе. Кто помнит форму № 5? Это бескозырка и шинель, вообщем – то не особенно любимая в ВМФ.

Издевательство над брюками не имело предела. Вставить «торпеды» в штанины (куски сукна) для получения шикарных морских клешей «А ля Шура Балаганов», это было делом чести чуть ли не каждого курсанта. Это ничего, что в кармане у модника было всегда две булавки. Понимаете, что такой «шедевр» не мог остаться без внимания училищной администрации и командир роты с удовольствием, бритвой, разрезал штанину аккуратно посередине вышеупомянутой торпеды». Вот булавка и находила себе применение. Козырьки у фуражек не оставались без внимания: то удлинялись и уходили к краям фуражки типа «а ля Лойд», то делались короткие по образцу головного убора флотоводца Нахимова. Я пострадал на последнем веянии. Да и не только я. Считай, вся наша 14 рота пала жертвой новоявленной моды. Но это было лучше, что испытали судоводители, ибо каждый курсант ставил ножку и ему лично! (Вот в чем шик!) начальник ОРСО ЛГУ (это тот, кого я встретил) разрезал «торпеду». Экзекуции проводились в присутствии нашего начальника ОРСО Канивца П.Ф. В каком направлении моды пострадали другие специальности, не помню.

Так что не узнать эту личность я не мог и бросился к нему как к родному, чему он был немало изумлен. На ходу я все обьяснил, . Представитель ЛРУ все понял, и мы бодро пошли в направлении столовой. Он меня расспрашивал, как я оказался в университете. Узнав в чем причина, он погрустнел и сказал, наш выпуск 1972 года в этом плане оказался не одиноким. Пострадали и выпускники ЛРУ.

Призыв на службу молодых специалистов всегда был пагубен для речного флота: много выпускников не возвращалось работать на реку. Дефицит кадров был постоянный. Потом все наладилось: ввели стажировку. Речной флот страны вздохнул спокойно. Впервые, за много лет, на транспорте были укомплектованы командные кадры не только на старших группах судов. Были «подвинуты» даже вторые помощники на судах первой и второй группы судов. Их укомплектовывали, как правило, выпускники учебных комбинатов без среднего специального образования. Но это было потом. Я повеселил ленинградца (он был уже заместителем начальника ЛРУ), что на службе соответствовал капитану судовой единицы первой группы судов проекта «Костромич». Он назывался довольно грозно «БУК»! Так, веселясь, мы дошли до столовой и оказались возле профессорского зала.

Медведева Н.К. я увидел издалека. Он беседовал с каким-то представительным чиновником. Что это была весьма значительная птица, говорили нашивки по локоть и расшитые лацканы клифта. Я решил подождать окончания разговора, но мой спутник с порога закричал Николаю Кузьмичу, кого он ему привел. Не знаю, обрадовался Медведев моему появлению или нет, но то, что он с удовольствием освободился от разговора с «важной птицей», это точно. Удивительно, но он меня узнал. Николай Кузьмич, конечно, вспомнил мой выпад несколько лет назад в МРТ. Но, как говорится,… кто старое помянет. Он даже представил меня стоящим рядом коллегам. Все выразили изумление, что выпускник ГРУ оказался в непрофильном вузе. Николай Кузьмич заинтересовано расспрашивал меня о специальности, на которую я пошел (это была «экономическая кибернетика», которая настойчиво внедрялась в управление не только производством, но и транспортом.). Он быстро «вьехал» в основу моей будущей профессии и настойчиво советовал мне не бросать экономику транспорта. Сейчас, сказал он, идут крупные наработки по вопросам создания транспортных узлов на базе портов, и я очень пригожусь в этом направлении.

Время шло, коллеги дергали его за рукав, что пора обедать. С неохотой мы расставались. На прощание Медведев Н.К. взял с меня слово, что если я буду в Горьком, то обязательно зайду в училище и мы продолжим наш профессиональный разговор. Затем со сдержанной улыбкой посоветовал не роптать на неоперативность действий училищной администрации по сборам в 1972 году. «На обиженных…» начал он, «…воду возят» - подхватил я. Мы расстались. Расстались навсегда.

В Горький я и не попал. Мои курсовые работы были посвящены управлению общественным производством, и материала в Москве с его многочисленными НИИ (научно исследовательский институт) хватало в избытке. Потом - Мурманск. Работа и преподавание в высшей школе было не связано с транспортом и, не удивительно, что я забыл о своей дипломной работе.

Затем – перестройка. Переход России на рыночную экономику вогнал в штопор науку не только водного транспорта, но и науку вообще. «Новаторы от науки» поспешили обьявить учебники плановой экономики неактуальными. Я, как преподаватель в высшей мореходке, на своей шкуре прочувствовал пагубность переходного периода. И было приятно, что преподаватели ГРУ имени И.П.Кулибина оказались на высоте: они вышли из этого тупика. Медведев Н.К. с группой коллег написал учебные пособия по всем разделам предмета и создал более 100 плакатов, тем самым дал возможность курсантам быстрее адаптироваться в сложностях перехода от плановой экономики к рыночной.

За длительную и плодотворную работу Н.К.Медведеву было присвоено звание «Заслуженный учитель школы РСФСР», он награжден правительственными наградами, медалью ВДНХ, значком «Почетный работник речного флота». Светлая ему память.

 

В.А.Гришин