Информационный сайт НРУ

Нижегородское речное училище имени И.П.Кулибина

Подразделение ФГБОУ ВО «Волжский государственный университет водного транспорта»

Кронштадт

А если очень повезет
тебя дорога Приведет на наш
краснознаменный флот
(популярный флотский шлягер семидесятых)

Кронштадт. Военно-морская база, Усть-Рогатка называется. В заливе форты, на берегу - казармы. Все еще Петровское, надежное незыблемое. Замшево-красные стены казарм четко вырисовываются своими контурами в серую пастель залива. Камыш, который стеной стоит вдоль берега, со своими коричневыми замшевыми головками кокетливо смотрится на таком колоритном фоне, как флотская казарма. Картина достойная древней японской миниатюры. Действительно: коричневая мякоть на кирпичном багрянце. Ан нет, какой-то умник покрасил оконные переплеты в бойницах белой краской. Додумался! Еще бы кузбас лаком наваял. Да что я задумался, мало ли этих сикейросов на флоте. Дали доморощенных.

Булыжники. Очень существенная часть кронштадтского колорита. Торчат из мостовой круглоголовые, нахальные, с отполированными боками. Ни одно поколение матросских «гадов» об них постучало, отбивая нахимовский марш. Ой, а на этом край обкусан, Интересно, кто его обгрыз. Присесть бы да рассмотреть. Чай эпоха. Нельзя. В строю стою, а это священное место. Подумать куда ни шло, а присесть…Нет, не представить последствия. Да и чего это я. Скорее всего, стадо строй батовцев протопало дружным стадом, громыхая коваными копытами. Говорят, они не только каблуки, целые подошвы из пяти милиметрового железа констролят. Для шарму значит. А что бы эффекта больше было, шурупчики до конца не закручивают, дабы звон шел. Тут ни какой камень не устоит. Не зря их никуда не пускают. Да и чего с них взять. Низшие из приматов.

Чайки чего-то ор подняли. Кость, наверное, на камбузной свалке не поделили с собаками. И до обеда долго. Вон как до того форта. Красивый форт. Жаль полуразрушенный, кустарником порос. Летом красиво, наверное, когда кусты зеленью подернутся. Так до лета сколько масла нужно будет сьесть утречком за завтраком. У матроса один отсчет: съел пайку масла сливочного и день прошел, как бы и когда бы не начинался. Традиция. Потверже чем в Англии. Щас посчитаю, сколько килограммов будет. Это 50 граммов нужно умножить на…

«Гришин, ты что, там, заснул!» (Еще чего-то много сказанного, вроде как бы даже нецензурного, но неразборчиво, но все понимаешь, А как же! традиция, флот). Спокойно, Витя. Главное, не запаниковать. Сосредоточенно, поводя только глазами сообразить откуда блажат. Может вовсе это даже и не мне, мало ли на белом свете всяких Гришиных. Вон, в политбюро тоже свой гришин есть и ничего терпят.

«…Ты, что офонарел, сними автомат с левого плеча!» Нет, все-таки это не Гришину из политбюро, а мне, блаженному. Действительно, автомат, мой - нм 9540094, ночью разбуди, скажу, на левом плече. Как он туда попал вместо правого.

Да, вы правы, товарищ мичман, не дело это когда у всех людей на правом плече автомат, а у меня на левом.

Ой, не кричите вы, товарищ мичман. У вас даже крючочек на воротничке расстегнулся. Простудитесь, чай там гланды,

Что? не мое дело.

Есть, товарищ мичман, не мое, конечно, хоть ты на изнанку вывернись. А автомат я сейчас перекину, это нам не трудно.

«Что за стук, откуда стук, чей стук» - Глянь, наш капитан-лейтенант из оцепенения вышел. Стоял как саламандра, нос под погон спрятав, а тут на тебе разогрелся. И заговорил. Да и как умно. Дескать, как можно магазинами цепляться, там же патроны.

Окститесь тврщщщ, кап-лейть, как можно матросу да и патроны. Как это вам в голову пришло. Это ж вы так додумаетесь, что всей армии патроны выдать. У нас штык-ножи и те отобрали после того как два обормота со школы оружия приемы джиу-джитсу в карауле показывали.

Какие последствия?

Да никакие. Койки в госпитале рядом, не скучно. Скоро выпишут.

С чем дневальные стоят?

Ну. тврщщщ, кап-лейть, присмотритесь внимательнее, там только ручка и ножны, и все.

Безобразие?

Конечно, совершенно с вами согласен.

Кого набрали, не понял? Ах кого на флот набрали!

Да вот рядом Серега Слесарев стоит, его с третьего курса технологического поперли за академическую неуспеваемость. Я два балла на вступительных в энергетический схлопотал. Все кто поумнее в Вузах учатся, а мы к вам направлены. В анекдоте, помните: «умных к умным направили, а нас к вам».

Есть замолчать.

О! Рык с правого фланга раздался. Это наш батя, капитан третьего ранга, прозрел. Много что-то говорит, долго, и, главное, выразительно. Все руками подтверждает, аргументирует, значит. Сейчас прислушаюсь и переведу. Ага, понятно. Приблизительно: «…Вы чего там рас…, вырву с корнем…Одним словом : «Не шумите. Помолчите, говорит, пожалуйста». Ну, это можно. Да, Витя, нет бы летом готовиться к поступлению в Вуз…вот теперь стой: «У меня на шапке ленты, а на лентах якоря…»

Что-то за ржанье такое дружное раздалось со стороны школы техников? На кого это будущие мичманцы головы задрали и хохочут. Понятно. На крыше штаба, среди навигационного оборудования, кот с кошкой гуляют. Грязные, ободранные, но счастливые. По мордам видно. Просто светятся. А комментариев сколько. Жаль, плохо слышно, не разобрать. Но судя по жестикуляции ничего оригинального.

Что опять стряслось, товарищщ мичман? На вас просто лица нет.

Ах равняться надо! Надо же. Все уже выровнялись. один я! Ну, щас, только грудь четвертого человека найду. Вот она…Ого, да это не грудь, это глыба! Если я на нее поравняюсь так из строя выпаду. Может ему на шаг внутрь строя отступить?

Ну силен, ну человечище. Кто это, интересно? Глазами не ухватить, только пуговицы бушлатные. Сейчас головенку подниму. О, уже подбородок ухватил, кирпич силикатный, а не подбородок.

Ба? Да это же Лиепиеньш с соседней смены. Эстонец. Какой же у них харч на хуторах , чтобы такую луну наесть.

Товарищ мичман, ну Вас просто сегодня много.

Смирно стоять нужно? Уже давно! Вот успей-ка за всеми манипуляциями. Ну, это мы сейчас быстро.

Что, еще смирнее? Все засмирнел. Тихо вокруг. Даже мичман и тот молчит. Устал, бедняга.

Долго стоим, почему-то все стихло. Наверное, команда «Смирно» действует. Даже шум ветра в камышах слышен. Сейчас соленой воды с залива надует, опять соленый чай дуть будем на камбузе. Умный был человек Петр Первый, а не сообразил, что с водой плохо. Да и погоды на Финском заливе не в радость. Вот опять заливом дыхнуло. Этот заливистый дых под бушлатик залез и через брючишки вылез. И сразу кожа пупырышками пошла, синенькая такая стала. Замерзла, значит. А чего ей не мерзнуть, если на ней только волосишки реденькие дыбком, через один, квадратно-гнездовым способом размещены. Согрева от них никакого. Терпеть надо, если шерстистости нет.

Вон газета полетела. Чья она, интересно. Флотская, или со стороны стройбата прилетела. Ну, ты додумался, стройбат и газета. Да они как в фильме: газет не читают, книг в глаза не видели и идей никаких не имеют. Перелетит через забор или зацепится? Нет, перелетела. Жаль, горизонт пуст.

Что они команду «Вольно» забыли дать? Строевики хреновы. Уже ноги затекли. Вообще со стороны на себя посмотреть нужно. Ну-ка отойду. Хааарошш! Подбородочек остренький в небо впился. Это вам не кирпич Лиепиеньша. Губочки в синенькую полосочку сжаты. Носик пуговкой, да еще покраснел вдобавок от холода. Глазки к переносице сошлись. Лобик в гузку собрался. А поверх всего этого, как нимб: «Краснознамен. Балт.Флот». Художник Шилов, портретист именитый, рядом не стоял. Да, Шилов с тобой, Витя, действительно, рядом не стоял. С тобой помимо Сереги Слесарева еще один деятель стоит, Зеноном Балюлисом прозывается. Тоже двоешник. Чего-то его пафос обуял? От старания подбородок с носом в одной точке сошелся. Ну, у него руль дай бог каждому. Нужно будет Слесареву Сереге жизнеописать строевые стремления Балюлиса. Он душеньку отведет, обхихикает, обосрамит друга в полное удовольствие.

Кстати, чего-то Слесарев затих, в полемику мою с мичманом не вмешивается. Комментариев пояснительных не дает. Не к добру. Быть мне сегодня в центре повышенного внимания по случаю автомата на левом плече.

О, наконец-то. С хрипотцой этакой, вальяжно, можно сказать, раздалось над плацом долгожданное: «Вольно». Но это еще ничего не значит, это можно только левую ножку ослабить. Дрыгнуть ею и все, а ежели головешкой покрутить, то избави бог. Опять кучу неприятностей огребешь, а у меня на сегодня их лимит исчерпан. Вот следующая команда интереснее будет. «Оправиться»-называется. Что у вас за ассоциации она вызывает? Можете не отвечать, понятно, что именно с физиологией связано. То есть оправление физических потребностей. Вы можете себе представить, что стоит полторы тысячи воинов, и в един миг! О господи…, не приведи увидеть.

Что камушек щербатый аж в страхе зашелся? То-то. Ведь поплывешь, как пить дать поплывешь, но не боись. Команда эта только головной убор поправить разрешает, бескозырку значит, да ремешечек подтянуть, если штаны сваливаются. А что до этих дел так долго ждать придется.

Нет, движение на фланге какое-то появилось. Это музыканты- скоморохи со своими дуделками высыпали. Вон и бубен несут.

О, хоругвь базовую вытащили. Под ветром с трудом два мичмана держат. Большая хоругвь, красивая. Да, командир военно-морской базы прибыл. Слава богу, хоть движение начнется, а то волосики из кожи выпадут от холода. Как-то тихо прибыл, не по-командирски. Из-за угла и на трибуну. Речь стало быть держать желает. О чем только, праздников не предвидится. Дух, наверное, наш воинский поддержать хочет.

О боже, что это на плац выбежало. Да еще по диагонали по плацу побежало. Какой-то воин (откуда он выбрался). Весь какой-то черный замусоленный. В шинели еще и в шапке в добавок, азиат к тому же. Или нет? Нет, точно азиат, так как ропот прошел «Куда эта чурка бежит». Для непосвященных: так любовно, по –дружески, значит, выходцев со Средней Азии называют. Вот чудо. Нет бы за плацом пошел. Потихоньку, как краб в разведку. Боком-боком и в котельную. Он только оттуда, больше неоткуда.

Интересно, сколько времени бежать будет? Плац не маленький, да еще по диагонали. Ату его! Ату! Счас в полах шинели запутается и упадет. Плац на середине булыжный, для бега не очень-то приспособленный.

Ну вот, робкое хихиканье раздалось. Сдержанное пока, но радость трудно сдержать, когда все из тебя рвется. А тут такое зрелище после скучного утра.

Оп! упал таки, запутался, и шапчонка покатилась. Вот ЧМО! (сурдоперевод-человек малоумственный, отсталый). Хихиканье уже в хохот переросло, даже здоровым жеребячьим ржанием отдает. На трибуне и то всхлипывают, застенчиво так, подобострастно. Командиру это не нравится, чувствуется, фуражку натянул на нос и всей глыбой на плац сверху навалился.

Интересно, что сейчас будет! Шутка ли, войска, вместо того чтобы Родину охранять над уродцем из котельной обхихикиваются. Непорядок это. И этот непорядок, властью, вверенной ему государством, он должен немедленно пресечь.

Какими формами и методами, говорите? А сейчас узнаем. Во!

«Что за…Такая-то мать…»- как гром, как цунами прокатился грозный командирский рык. Судорожно забился между казармами, ища выхода на просторы. Докатился до фортов, а оттуда уже ослабленно, тускнея, можно сказать, деликатно: «Мать, мать, матьтьтьть…».

Ну рванул! Шаляпин! Без матюгальника! (для непосвященных-усилитель, динамик.) Такой в стакан дыхнет и расколет. Даже бакланы на время стихли, восхищаются, наверное.

…У меня на шапке ленты, а на лентах якоря… Ветер совсем распустился. Бескозырку с головы рвет, ленточками по физиономии задевает.

Но, вот славно. Облака разорвались, расступились, и солнышко появилось. Несмелое, такое, балтийское. Как может, так и светит. Теплом всех одарило. Распрямились все, заулыбались, солнышко в бляхах ременных рожицы строить начало. А что! Жизнь продолжается, хоть и до обеда еще долго. Все!

В.А.Гришин