Информационный сайт НРУ

Нижегородское речное училище им. И.П.Кулибина

Подразделение ФГБОУ ВО «Волжский государственный университет водного транспорта»

Борис Николаевич Ионов

Не отпускает от себя река

Борис Николаевич ИоновДорога на флот волжского капитана и механика Бориса Николаевича Ионова пролегла из Горьковского речного училища им. Кулибина. По его словам, выучку там дали будь здоров! Хватило на все сорок лет кочевой жизни, да еще потом пригодилась на берегу. Окончательно на пенсию он вышел только три года назад. Но еще прежде его характер закалило трудное военное детство. На побывку едет молодой моряк.

Молоковский район Тверской области, откуда родом Ионов, после Великой Отечественной недосчитался 40 тысяч жителей, оставшихся на полях сражений. Их имена выбиты золотом на мемориальных досках в сквере Победы, рядом — фронтовой бронетранспортер, пушка-«сорокапятка» и два зенитных пулемета (технику презентовал уроженец Молокова — бывший начальник Генштаба Вооруженных сил страны маршал Николай Васильевич Огарков). Немые свидетельства страшной войны.

И сколько бы ни прошло времени, яркие впечатления той поры никогда не вытравить из человеческой памяти.

— В семье кроме меня росли четыре сестры, я — самый младший, отца в армию не призвали по возрасту, но мобилизовали на рытье окопов, мать заправляла хозяйством, разрываясь на колхоз и детей, — листает страницы прошлого Борис Николаевич. — Выживали, как могли, убирали с полей сено и возили его на лошади, кое-что перепадало на трудодень. Тогда в ходу была поговорка: «Милые колхознички, как вы поживаете, получили по 100 грамм, наверно, дожираете». Зимой — беда. Дров не хватало. Берем санки — и за хворостом. Сугробы по грудь, мать плачет, мороз жуткий. Чего только не было! Ближе к весне добавляли в муку всякие суррогаты, головки льна, помню, еще что-то, лепешки получались черные, разваливались в руках. Хорошо, что держали корову — спасались молоком.

После окончания средней школы, уже в послевоенное время, институт Борису не светил. Какой прибыток в колхозной семье — никто содержать не будет. Да и пятерки в аттестате не ночевали. Вызвали было в военкомат, направили в автомобильное военное училище в Гомельскую область. Прослужил полтора месяца, и… случилась «хрущевская оттепель». А с ней сокращения в армии. Две роты из батальона сразу отправили домой, пришлось вернуть гимнастерку и галифе с сапогами.

А вот морскую форму любил с детства. Многие мечтали тогда служить на флоте, и отпускники в райцентр приезжали часто. Девчонки при виде их приходили в восторг, а у парней чесались кулаки, даже принято было проверять служивых на крепость, если, конечно, те не вели в ресторан верховодов из местных. Обычно морячки всегда давали жару и сдачи, за что их уважали.

— Возвращаюсь из Белоруссии домой, а тут мой однокашник, — вспоминает Борис Николаевич, — ладный такой, подтянутый, в парадной форме из Горьковского речного училища. Дал мне адрес. Долго не раздумывал: жили туговато, кроме колхоза податься некуда. Поехал сдавать в ГРУ экзамены.

Шел тогда 1955 год.

Дорога на капитанский мостик

В училище Борис Ионов выбрал судомеханическую специальность. Был старшиной роты, занимался штангой, классической борьбой. Учиться нравилось, воспитатели — в основном побывавшие на фронте кадровые офицеры, у которых можно было многое перенять. Курсанты жили в кубриках на тридцать человек, обеспечивались хорошим питанием и обмундированием. Практику сначала проходили в слесарных мастерских (хорошо оснащенных благодаря сотрудничеству с ГИИВТом), а затем — на грузовых судах.

— На последнем курсе училища, — рассказывает Ионов, — женился на однокласснице из Молокова, Лидии, поэтому начальник судомеханического отделения Серафим Николаевич Изюмов отпустил меня, как человека семейного, домой пораньше и предоставил право выбора места работы. Поехали в Тольятти, поскольку слышали, что там дают квартиры. Не прошло и двух недель, как я уже отправился в первый рейс на «Ч-800» вторым помощником механика. Толкали баржи с разным грузом вверх по реке до Казани, а назад — плоты. Супруга хотела приехать ко мне, но с жильем случилась заминка. Тогда пришлось написать заявление о переводе в Волжский, друзья подсказали, что там точно без квартиры не останусь. Навигация еще не закончилась, начальник отдела кадров ругался страшно, но перевод подписал. Не успел прибыть на новое место, командировали в Ростов на приемку «Озерного-87», который пришел из Чехо-словакии. Чемодан бросил в кадрах — и вперед. На обратной дороге мне сообщают: «Вызывай семью, мы тебе в Волжском квартиру дали». Лидия Ивановна тут же приехала, она финансовый техникум окончила и работала на берегу, к тому времени у нас уже первенец родился. И пошла наша жизнь, как надо.

В то время кадров не хватало, флот развивался, и повышение шло быстро. На «Озерном-87» Борис Ионов провел еще одну навигацию и перешел на «Озерный-85» первым помощником механика (совмещения специальностей тогда не было). Через несколько лет поднялся дальше по карьерной лестнице — был назначен механиком на «ОТ-2428». А в конце 70-х его отправили на приемку буксира-толкача «Дунайский-44» в Венгрию вместе с капитаном Владимиром Ивановичем Ходячих. В те годы поступление флота было интенсивным. Получили и новый секционный состав, одно время трудился вторым механиком—первым штурманом на «Волжском-1» (позднее возглавил на нем экипаж), но прежде поднялся на капитанский мостик «Волго-Дона-5006». Было это в середине 80-х.

— Тогда на теплоход срочно требовался капитан, — поясняет Борис Николаевич, — а мы с нашим директором Геннадием Петровичем Филипповым жили в одном подъезде, он меня хорошо знал. И тут же принял решение. На 5006-м я отходил не одну навигацию, у него еще приставка была, «небольшая» такая нагрузочка. Но со всеми заданиями справлялись успешно. Экипаж, как говорится, всегда был в первых рядах.

С флотскими навыками нигде не пропадешь

С первыми выстрелами в 1993 году по Белому дому (в те дни капитан Ионов вместе с экипажем как раз разгружался в Москве), по меткому определению Бориса Николаевича, началась «ельцинская катавасия», перевернувшая многое в стране с ног на голову и негативно отразившаяся на развитии флота. Августовская ночь выдалась тревожной. Расставшись с приставкой и грузом, «Волго-Дон» благополучно вернулся на родную базу. Но в памяти членов команды навсегда остались стреляющие в центре города танки.

От Москвы до самых до окраин эхо столичных залпов докатилось быстро. Ионов еще успел поработать капитаном на «Волго-Доне-5010», и в 95-м его плавание завершилось. До 2010 года Борис Николаевич трудился на берегу, в основном в охране на территории базы, сейчас находится на заслуженном отдыхе. Впрочем, общественные дела (он — член совета ветеранской организации Волжской БТОФ) не дают оторваться от флотского коллектива, в котором его знает каждый. Садится за баранку — и на знакомый берег, откуда не раз уходил в очередной рейс.

Дома тоже скучать не приходится. Дочери Ирина и Ольга подарили родителям внуков, а те, в свою очередь, правнуков. Так что Борис Николаевич с Лидией Ивановной — дедушка и бабушка «в квадрате». Да и дача, на которой растут яблони, груши и виноград, наливается картошка и зреют помидоры, также требует внимания. Рыбалка наконец. Только успевай активно отдыхать.

За добросовестный труд Борис Николаевич отмечен знаком «Почетный работник транспорта России», медалью «300 лет Российскому флоту» и другими наградами. Но есть среди них одна, казалось бы, не имеющая никакого отношения к его речной профессии. Памятный знак «50 лет атомной энергетике». Но заслужил он ее благодаря флотским навыкам. Дело было так.

— В одно прекрасное время приятель предложил подзаработать на машину, — улыбается Ионов. — Когда ее на нашу зарплату купишь, а колеса ох как были нужны. Собрали бригаду механиков, рассчитались на работе и уехали в Краснокаменск. Трудились в закрытом строительно-монтажном управлении по добыче урана. Когда приехали, что интересно, нас спросили, на какой разряд претендуем (он устанавливался на месте). Мы ответили, что на самый высокий, пятый. Специалисты собрались квалифицированные, варить и резать умели. И ни разу потом в этом нашем умении никто не усомнился. Проработал год, второй, а потом жена скомандовала возвращаться на родную Волгу. Машину тогда мы купили, но разве в этом дело. С нашей флотской подготовкой нигде не пропадешь. Она мне еще не раз помогала в житейском плане.

Александр Петров. Фото Владимира Южакова.
(по материалам сайта http://www.vnpinfo.ru/)