Информационный сайт НРУ

Нижегородское речное училище им. И.П.Кулибина

Подразделение ФГБОУ ВО «Волжский государственный университет водного транспорта»

Фронтовой дневник солдата Смирнова

Не одно поколение выпускников Нижегородского речного училища им. И. П. Кулибина с большой благодарностью и теплотой вспоминает преподавателя Петра Капитоновича Смирнова, давшего им путевку в жизнь. Он не просто замечательный педагог, он - фронтовик, прошедший военными дорогами от Сталинграда до Прибалтики

С войны вернулись только четверо

Петр Капитонович СмирновПетр Капитонович родом из Ветлужского района Горьковской области. После окончания семи классов в 1938 году поступил в Горьковский речной техникум на судоводительское отделение. Но жить в городе оказалось трудно. Из общежития на занятия приходилось ходить пешком - денег на трамвай не было, а это каждый день туда и обратно около восьми километров. И Петр вместе с другом вернулся в деревню, доучиваться.

В сентябре 1941-го занятия в школе не начались: учеников старших классов отправили «на окопы» - строить оборонительные сооружения за Горьким. Школу окончил через год. А в конце мая 1942-го отец, Капитон Федорович, привез Петру повестку. Пятерых его братьев - Николая, Михаила, Павла, Алексея и Александра - также отправили на фронт. Двое из Смирновых - Николай и Алексей - с войны не вернулись.

Об этом Петр Капитонович написал в стихах:
Смотрю на прежние поля
И вспоминаю даты.
В войну отсюда шесть сынов
Мать отдала в солдаты.
И все они, как суждено,
Отдали долг Отчизне:
Один был ранен тяжело,
А два отдали жизни.

В 42-м Петра направили в Львовское военно-пехотное училище, которое перебросили в Киров. Учеба была ускоренной, интенсивной. Часто объявлялись тревоги в ночное время - через 45 секунд нужно было занять место в строю. Полевые занятия проходили за городом. Однажды их провели на капустном поле, где после уборки урожая остались кочерыжки. Полуголодные курсанты эти кочерыжки повыдергали и съели.

В ноябре 1942 года, когда оставалось только сдать экзамены и нацепить лейтенантские «кубари», их батальон срочно погрузили в эшелоны и отправили в Тамбовскую область. Там из выпускников училища сформировали роты противотанковых ружей в составе 130-го полка 44-й гвардейской Краснознаменной стрелковой дивизии. Сейчас ее название можно прочитать на стенах музея-панорамы в Волгограде.

По железной дороге ребят довезли до Урюпинска Сталинградской области, оттуда своим ходом направили на Среднедонской фронт.

Первый бой

«Нам, конечно, не объявляли, куда мы идем, - писал в своем дневнике Петр Капитонович. - Начинали движение с сумерек и шли до рассвета. Категорически запрещали курить, чтобы нас не обнаружили немцы. Поход этот был тяжелейшим. Нагрузка казалась невыносимой: противотанковое ружье и карабин, патроны к ним, две гранаты противотанковые, каска, противогаз, саперная лопатка, вещмешок с личными вещами и НЗ. С такой нагрузкой в ботинках с обмотками шли почти по колено в снегу по полевым дорогам в сильный мороз. Когда объявляли привал, падали прямо на дорогу и засыпали. По команде «Подъем!» с трудом поднимали друг друга на ноги. Некоторые в движении падали на обочину. Вначале думали, что они отдохнут и догонят. Но в первую же ночь оказалось, что отставшие становятся трупами. И затем строго приказали обессилевших тащить тем, кто посильнее.

На первую дневку остановились в какой-то станице. Нашу роту разместили в нетопленой школе. Спали вповалку на полу, прижавшись друг к другу. Ноги были стерты до крови, кожа на пятках пристала к портянкам, их пришлось отдирать. А в сумерках снова в поход. Кто-то стонал и плакал: «Ой, мама!» Нам хотелось скорее дойти до фронта: лучше под обстрел, чем выдерживать такую нагрузку».

Но дальше, как надеялись вчерашние курсанты, легче не стало. В деревне, где их разместили в хатах, для всех места не хватало, многие спали в сараях, дворах и даже под заборами на соломе. Взвод из необстрелянных ребят направили ночью в боевое охранение на поле между нашими окопами и немецкими позициями.

Вот еще строки из фронтового дневника Смирнова:

«Не успели устроиться, как налетели «мессершмитты» и начали нас расстреливать. А мы, как тараканы, разбежавшись, стараемся зарыться в снег. «Мессеры» делают несколько заходов, чуть ли не задевая снег. Но удивительно, никто из нас от этого налета не пострадал. А пули и мины со стороны немцев стали опасными. Зарываемся, но только в снег - мерзлая земля не поддается саперной лопатке. Первым погиб молодой фельдшер. Может быть, очки его блеснули на выглянувшем на минуту солнце. Пуля пробила ему голову, когда он приподнялся на колени, чтобы углубить окопчик. За день из тридцати человек погибли десять… Видимо, били снайперы. Надеялись, что ночью нас заменят. Но напрасно. Замерзли на снегу и проголодались. Утром, когда рассвело, один из нас вызвался идти за помощью. Пополз в снегу к оврагу. Мы, повернув голову, следили за ним. Вот он немного не дополз до оврага, поднялся и побежал, но тут же с него слетела каска, он уткнулся в снег и не поднялся… Желающих больше не было.

К концу второй ночи нас сменил другой взвод, а мы перебрались через балку в свои окопы, где отдохнули и подкрепились пшенной кашей без соли. Вечером батальон построили на поляне. Вышла тройка военного трибунала, зачитали приговор: «За совершенный самострел расстрелять солдата…, 1912 года рождения». Запомнилось, что он был ровесником моему старшему брату Николаю…

Объявили, что утром мы пойдем в наступление, прорывать немецкую оборону. Мы, человек пять-шесть, разместились в шалашике из еловых лап. Мысли, мысли. Это, может, моя последняя ночь. Но кто-то должен воевать. Вот это выпало на мою долю. Если и буду убит… Не я один. Родителям, конечно, будет тяжело. Но, если повезет, кто-то из шестерых братьев останется жив… Решил для себя: будь что будет, авось посчастливится. Перемолол в голове все эти мысли и стало легче…»

Победа над самим собой
Известно, всех дороже.
Идем мы завтра снова в бой.
А коль не мы, то кто же? Кто же?

С 16 по 30 декабря 1942 года у села Осетровка Верхнемамоновского района Воронежской области была успешно проведена Среднедонская наступательная операция под кодовым названием «Малый Сатурн». Военные историки оценивают ее как составную часть Сталинградской битвы. По разным данным, у Осетровки погибло более трех тысяч солдат.

После «Малого Сатурна»

В первые дни наступательной операции Петр Капитонович был тяжело ранен в грудь, голову и руку. Его отправили сначала в Калач Воронежской области, а затем - на излечение в госпиталь в Горький. В декабре удалось побывать дома. Шел ночью лесными дорогами. Грудь, голова и рука забинтованы, ботинки скользят. Боялся упасть, чтобы не сорвать повязки. «В родной Решетихе ни огонька, все еще спят. С волнением поднялся на крыльцо и постучал в дверь. Вышла мать, открыла дверь и спрашивает: «Что вам нужно?» Прошусь переночевать. Она открыла мне дверь в сени, а сама пошла куда-то во двор. Я вошел и сел на лавке около маленькой печки. Только когда мать зажгла лампочку-коптилку, я не выдержал: «Мама, неужели ты меня не узнала?» Тут она бросилась мне со слезами на шею, встал отец, проснулись все остальные. Объятия и слезы. Картина неописуемая».

К концу апреля 43-го раны затянулись, и выздоровевшего солдата выписали на фронт. Направили в Подмосковье в 1397-й зенитный артиллерийский полк водителем боевых машин. Смирнову дали полуторатонный «шевроле», на котором тянул на прицепе 37-миллиметровую зенитку с расчетом и боеприпасами. В эти августовские дни 43-го Москва салютовала войскам, освободившим Орел.

Из столицы полк отправился на Калинин. На станции Земцы попали под налет немецких самолетов. Эшелон, в котором находился Петр Капитонович, не пострадал. После войны он узнал, что на этой станции в тот день погиб его младший брат Алексей.

Далее началась кочевая боевая жизнь на Калининском фронте в районе Великих Лук, Невеля, Пустошки, реки Великой. С сентября 1943 года до конца войны полк находился на передовых позициях 2-го Прибалтийского и затем Ленинградского фронтов. В начале 1944 года наши соединения сковали своими действиями 16-ю полевую армию вермахта, не позволив перебросить ее под Ленинград. Тогда советские войска вели бои уже за пределами нашей страны, а 1397-й полк оставили, как говорили, «караулить» Курляндскую группировку немцев в Прибалтике. До конца марта 1945 года войска фронта осуществляли блокаду этой группировки.

9 мая Германия капитулировала, но группа армий «Курляндия» оказывала сопротивление советским войскам еще шесть дней. После Победы Петр Капитонович продолжал служить в армии на офицерской должности - заведовал делопроизводством штаба полка.

К Победе был нелегким путь,
Нелегким и неблизким...
Закончил в мае я войну
В полку артиллерийском.

П. К. Смирнов отмечен орденом Отечественной войны I степени, медалями «За отвагу», «За боевые заслуги» и другими наградами.

На гражданке

После демобилизации в 1947 году Петр Капитонович поступил в Горьковский институт инженеров водного транспорта и окончил его с отличием в 1952-м. Ему были присвоены квалификация инженера-механика и персональное звание начальствующего состава: инженер - старший лейтенант речного флота. Стал преподавать специальные дисциплины судомеханического цикла в ГРУ. 1954 год для Петра Капитоновича был особенным: он женился на выпускнице Горьковского института иностранных языков Марии Александровне. Она посвятила свою жизнь бывшему фронтовику, стала преданной и верной спутницей.

Смирновы вырастили двоих детей - Ирину и Сергея. Сын родился в Праге, когда Петр Капитонович три года находился в спецкомандировке в Чехословакии в должности приемщика судовых дизельных установок. Там же он побывал еще раз - в начале 70-х.

Смирнов был замечательным преподавателем: в совершенстве знал дисциплины судомеханического цикла, разрабатывал свои учебные программы и пособия. За высокие достижения в области учебно-методической и воспитательной работы ему было присвоено почетное звание заслуженного учителя школы РСФСР.

Такое отношение к делу позволило обеспечить высокий уровень подготовки курсантов. Многие из них стали крупными организаторами производства, руководителями предприятий, механиками судов морского и речного флота, а также преподавателями. Петр Капитонович стремился привить курсантам любовь к избранной профессии и находил новые нестандартные методы обучения. Даже уйдя на заслуженный отдых, он продолжал работать в НРУ нештатным преподавателем на вечерне-заочном отделении. Ушел из жизни в 2010 году, оставив о себе добрую память и сотни подготовленных специалистов для водного транспорта.

Александр ПЫРКОВ, начальник службы дипломирования, аттестации и паспортно-визового режима ФБУ «Администрация Волжского бассейна». Фото из архива П. К. Смирнова
(по материалам сайта http://vnpinfo.ru/)